direkt_mashin (direkt_mashin) wrote,
direkt_mashin
direkt_mashin

RŐMISCHE KAISERGESCHICHTE

Теодор Моммзен
Берлинский университет. Летний семестр 1883 года.
По конспекту Пауля Хензеля.



“... В 161 году к власти пришел Марк Аврелий. 24 года мирного существования, предшествовавшие его вступлению на престол, пришлось искупать ему и вместе с ним всей Империи. Пий пустил все дела на самотек. Те годы не должны были быть мирными: уже давно началось брожение, начало войны подавляли с большим трудом, прятали голову в песок и подлаживались к обстоятельствам. Тут вспыхнула так называемая Маркоманская война. Приводится это название, но оно не точно: эта война posteriori названа так потому, что маркоманы принимали в ней участие ( естественно, значительное); однако правильнее будет сказать, что это была война Римской империи - на всей протяженности линии Дуная от истока до устья - против живших по ту сторону Дуная варварских племен; это был грандиозный театр войны. Эта война была настолько значительной и имела такие большие последствия, как, возможно, ни одна другая. Здесь, собственно, и был брошен жребий: отсюда начинается упадок Римской империи. После Траяна Империя была хотя и старой, но не дряхлой. Но теперь она начала выдыхаться.

... Марк был вынужден отправиться на Дунай. Присутствие гвардии и прежде всего единоличное командование были необходимы в этой войне, в которую были втянуты области от Ретии до Дакии. Нельзя забывать, какой была организация в обычные времена: в каждой провинции был собственный командующий, действия которого необходимо согласовывались с действиями командующего близлежащей провинции и который не должен был ни отдавать другому приказы, ни подчиняться приказам последнего. Каждый брал инициативу на себя или не делал этого, тоже по собственному усмотрению, и лишь Император был в состоянии наладить дело. Марк оказался военачальником лучшим, чем можно было бы от него ожидать. Требовавшееся главнокомандование было скорее моральным, нежели военным. Все дело было в том, чтобы предотвратить трения, а не отдавать конкретные приказы.

Задачи, стоявшие перед Марком, требовали умения, верной оценки личностей, авторитета и примерно того, чего сегодня добивается Генеральный штаб: единого плана действия. Каждый наместник своими силами вел собственную войну, поэтому куда важнее было присутствие именно Императора, чем гвардии.

... Толпы племен с севера наступали, начали войну они, а не просто соседи по границе: последние были оттеснены. Это было репетицией великого переселения народов. [ Собственно – одной из его волн, вызванной движением готов от Балтийского побережья к Черному морю. Следующая волна в середине IV века связана с натиском гуннов.- U.R.]. Это давление сзади подтверждается нашими источниками: о первом этапе войны мы располагаем ценными сообщениями у византийца Петра Патриция, который, правда, снова приводит нас к «Истории» Диона Кассия. Он утверждает, что лангобарды перешли Дунай. Собственные места поселений лангобардов нам следует искать в областях у Эльбы, и поэтому это внезапное их появление далеко от родины бросается в глаза. По сообщениям, их было 6000 человек и разбиты они были префектом всадников Макринием Виндексом. Среди посланников, пришедших просить мира, называется также царь маркоманов. Таким образом, мы имеем дело с комбинированным наступлением пограничных соседей и живших в глубоком тылу народностей, которых первые увлекли за собой.
По этому поводу ( в 168 году) мы получаем известие о пятой императорской аккламации всеобщего одобрения Марку…

[ Аккламация- обыкновение,зародившееся в театре, перешло на собрания форума, а оттуда в сенат. Плиний Младший сообщает (Panegyric.гл75), что во времена Траяна императорские декреты прежде всего утверждались одобрительными восклицаниями. После того как декрет был прочитан одним из сенаторов, одобрение остальных выражалось чем-то вроде пения, или метрической формой одобрения. Некоторые из этих возгласов повторялись, и в некоторых декретах сообщалось, сколько раз они были повторены – Венк. ]

Следующее нападение было еще более мощным. Заодно пострадали и все дунайские провинции. Враги перешли через Юлийские Альпы и спустились на равнины Италии, по свидетельстам, 100 000 пленников из верхней Италии попали в руки маркоманов, квадов и языгов. Opitergium (Одерцо) в Венеции был превращен в руины; Aquileia, самый большой и богатый город этих областей, был оккупирован. Года 169 и 170, видимо, принесли целый ряд катастроф: отсутствует любая императорская аккламация, т.е. побед не было. Несколько офицеров высших рангов ушли из жизни, что по сути дела позволяет сделать выводы о тяжелых военных потерях. Два гвардейских командующих пали на поле боя: Фурий Викторин и Макриний Виндекс. С момента появления на поле боя Императора гвардейский префект является, естественно, alter ego первого на театре военных действий. Наместник Дакии, Марк Клавдий Фронтон, погиб после ряда удачных сражений против языгов.
Марк как человек благородный велел установить в Риме памятники павшим офицерам, и Форум Ульпия вскоре был заполнен ими полностью.

... Сначала Марк успокоил квадов, чтобы избавиться от меньшей опасности. Те находились в большей зависимости от Рима, чем маркоманы и языги. Еще Пий послал им царя, на монетах он называется Rex Quadis datus. Кажется, что у Принцепса было своего рода конфирмационное право ( Дион Кассий, LXXI, 13), которое на другие народы не распространялось. Теперь с квадами был «заключен мир». Это был самый тяжелый период Маркоманской войны, когда высокомерие римлян было вынуждено преклониться перед одним из полузависимых народов. Условием мира был возврат перебежчиков и пленных, 50 000 которых кавды, говорят, должны были отпустить ( Дион Кассий, LXXI, 11, 2). Правда, после этого утверждалось, что они отпустили лишь ни на что не годных людей - стариков и больных, - а сохранили отряд людей, способных держать в руках оружие, что позволяет сделать выводы об огромном количестве этих перебежчиков. Однако главное условие мира состояло в запрещении прохода через земли квадов маркоманов и языгов, а взгляд, брошенный на карту, позволяет определить важность этого условия. Страна квадов находилась между областями, ведшими войну, поскольку и в Дакии было неспокойно. Хотя даки и были уничтожены Траяном, и с их стороны больше не могло исходить никакой опасности, но асдинги ( или гасдинги - они был, как и силинги, частью племени вандалов) и сарматы с низовий Дуная пытались проникнуть в эту область: здесь тоже вплоть до самого Черного моря шли тяжелые бои. События рисуются нам исключительно в мрачных тонах; между тем нападение с этой стороны, казалось, было отражено: определенно немаловажную роль сыграло разделение страной квадов театров военных действий на Тиссе и в Богемии.

Еще менее известны события на Среднем и Верхнем Дунае. Центром войны, конечно же, была Паннония, поскольку штаб-кавртира войска находилась в Carnuntun у Вены, однако бои шли и в Норике, и в Ретии. Отдельные факты объясняют это: как нам стало известно, Пертинакс [ император провозглашенный в 193 году после смерти Коммода Антонина и вскоре убитый преторианцами. С его смерти началась гражданская война 193 – 197 гг. – U.R.] получил эти провинции обратно ( Scriptores Historiae Augustae. Pert., 2, 6.), следовательно для начала их нужно было лишиться. Затем, исключительно примечательно изменение в расположении крепостей и дислокации войск. Выше Вены вплоть до правления Марка не существовало никаких крупных лагерей. Гарнизон Карнунта был сформирован не из легионов, а из больших когорт вспомогательных войск. Ситуация была мирной. Теперь же были сформированы два новых легиона, чьи названия были весьма характерными: Secunda и Tertia Italica. Они занимали постоянные лагеря Lauriacum (Энс) и Castra Regina (Регенсбург)

... Примерно такой, вероятно, была ситуация в первые полные страданий и несчастья годы этой большой войны. Теперь мы должны считать величайшей заслугой Марка то, что он, неутомимо исполняя свои обязанности, проявил мужество и упорство при выполнении этой задачи, которая абсолютно не соответствовала его образу мыслей. Его личное присутствие на театре военных действий было решительно важным, и именно этому в немалой степени стоит приписывать то, что дело приняло лучший оборот.
В 171 году был достигнут первый успех, о котором мы, правда, можем судить исключительно по императорской аккламации этого года. Между тем к миру эта победа еще не привела, однако, она по меньшей мере сделала возможным разрыв отношений с мнимыми друзьями, квадами, и позволила воспринимать их в открытую как врагов. О непрочном мире, который должен был быть заключен с ними, речь уже велась. Они изгнали данного им Марком царя и без подтверждения со стороны Рима избрали нового царя – Ариогеза. Это стало поводом к разрыву отношений с ними. Борьба была тяжелой, и, в сущности, она не заканчивалась. В 174 году над квадами была одержана большая победа: это стало поводом к седьмой императорской аккламации.
... Насколько можно судить, после некоторых колебаний у Марка Аврелия созрело решение очистить от варваров северный берег Дуная. Рим требовал удаления германцев от Дуная, поселения их на расстоянии не ближе 38 стадий ( 5 миль) от реки ( Дион Кассий, LXXI, 16).
Конечной целью Императора, по утверждению его биографа ( Scriptores Historiae Augustae. Маrcus, 24, 5 ), была организация из областей языгов и маркоманов, т.е. Богемии и Моравии, двух новых провинций - Sarmatia и Markomannia.
... Император потребовал предоставления в его распоряжение 8000 человек конников, 5500 из которых были посланы в Британию ( Дион Кассий, LXXI, 16, 2): языги были великолепными наезниками, которые как настоящий кочевой народ воевали верхом на своих маленьких, выносливых лошадях... Сейчас в условиях мира языги выговорили себе право на продолжение истребительной войны с германцами, и между ними и римлянами возникло относительное союзничество. От них требовлось лишь освободить дунайские острова и не иметь на Дунае судов. Поскольку они были отделены от своих соплеменников, скажем роксоланов, Дакией, то им было разрешено, с определенными мерами предосторожности - уведомление наместника и предоставленное им сопровождение, - проходить через эту провинцию. Мы видим, что у Марка было намерение опереться на сарматов в борьбе против маркоманов и квадов, война с которыми разгоралась все сильнее и сильнее. В этом случае переговоры велись главным образом так же, как и с языгами, и на тех же условиях ( пограничная полоса необитаемой земли, поселение вдали от реки), особенно интересно то условие, по которому торговые операции разрешалось совершать по определенным дням и под военным надзором ( Дион Кассий, LXXI, 18 ).

... Дурным последствием Маркоманских войн, которое перечеркивало многие удачи, явились варваризация и провинциализация отрядов. ( Scriptores Historiae Augustae. Сommod, 13, 5). Вплоть до правления Марка Аврелия из жителей Иллирика рекрут набиралось мало. В общем и целом там формировались только алы и когорты вспомогательных войск, которые именовались по названиям провинций: так восемь из них относились к ретии ( очень большое количество), наряду с ними были отряды Паннонии и Дакии, лишь малое количество относилось к Норику. Здесь уже давно действовало гражданское право, так что отряды могли войти в состав легионов. Немного было когорт и алов племен; одно исключение составляли бревки в Паннонии. Но здесь рекрутский набор был намного менее масштабным, чем скажем, среди прирейнских германцев или в провинции Бельгика. Однако если в третьем столетии войско было иллирийским и справедливо так именовалось, то в этом виноваты сложности Маркоманской войны.

Вспомогательные отряды всегда играли второстепенную роль, тон задовали легионы, а те со времен Маркоманской войны подвергались варваризации и провинциализации. Раньше тоже много рекрут набиралось из провинций. Однако если в составе войска мы встречаем римских граждан из Нарбонской провинции и Бетики, то это находится в соответствии с тем фактом, что мы признаем исключительную роль Квинтилиана и Сенеки в литературе. Всетаки это нечто уже совсем иное, когда системой становится тот факт, что в войско уже набираются не романизированные провинциалы, а мобилизуются любые варвары и им со специальной целью предоставляется гражданское право. Те потом, вероятно, становились гражданами юридически, но не фактически. Этим, принуженный обстоятельствами, интенсивно занимался Марк Аврелий.
... Стоит вспомнить о том, что за последние 70 лет Марк Аврелий был первыи императором, снова увеличившим число легионов на 2. Насильственный увоз людей врагами, сокращение численности населения из-за перебежчиков и беглецов, - все это тоже внесло свою лепту. Но даже в подобной ситуации все же стоит лишь удивляться тому, что большое Римское государство было не в состоянии из собственных граждан сформировать войско всего лишь из 32 легионов. Между тем это удивление становится все меньше, когда мы знакомимся с существующим положением дел в социальной сфере. Кто, собственно, были эти граждане?
Высшие слои общества отпадают сами по себе, поскольку они вообще не привлекались к службе в легионах... Ко всему прочему в сильный упадок пришел институт брака, рождаемость резко упала, главным образом в столице: столичное население было непригодным. Юридически фиктивное потомство, существовавшее благодаря усыновлению вольноотпущенников, еще до некоторой степени и лишь внешне заполняет пробелы в рядах римских граждан: однако вольноотпущенники не могли нести службу в легионах, на это имели право лишь их дети...

Марк Аврелий лишь исполнял свой долг, он думал о том, что было необходимо: он брал солдат отовсюду, где только мог их найти, и если они не были гражданами,.. что ж, он делал их таковыми. Следы подобных примеров мы находим почти у всех авторов: Дион говорит, что Марк очень многих наделил гражданским правом ( Дион Кассий, LXXI, 19 ). Аврелий Виктор в жизнеописании Марка точно так же свидетельствует, что тот без церемоний наделял гражданством большие массы людей. Это могло быть связано только с необходимостью рекрутского набора. В «Жизнеописании»
( Scriptores Historiae Augustae. Marcus, 21, 7) отмечено: « Разбойников из Далмации и Дардании он превратил в солдат». Это утверждение соотносится с теми двумя новыми легионами, сформированными Марком. Мы располагаем некоторыми свидетельствами, что эти легионы были сформированы из рекрут тех областей, которые находились севернее Греции. Ближайшие к Дунаю области были слишком истощины войной, а там царило относительное спокойствие. Далее в «Жизнеописании» говориться, что Марк Аврелий « emit et Germanorum auxilia contra Germanos» ( купил германские вспомогательные отряды для борьбы с германцами). Так что пополнениями из рядов побежденных противников тоже не пренебрегали.

Вместе с тем не стоит забывать, что старые названия вспомогательных подразделений по именам составлявших их народностей [ в название вспомогательных частей римской армии входило три обязательных компонента: род войск- когорта для пехоты, ала для конницы, порядковый номер и индивидуальная отличительная особенность. Последняя чаще всего указывала на племенную принадлежность личного состава, город, из жителей которого часть была сформирована, а также на имя ее создателя. Преимущественно в этом качестве выступают римские императоры I – II вв. – U. R. ] тоже были всего лишь названиями, что , скажем Фракийская когорта уже давно состояла не только из фракийцев, так что иностранцы вполне могли вступать в алы и когорты. И так если в Римское войско набирались даже военнопленные и перебежчики, то можно представить, насколько меньше сомнений вызывали, хоть как-то пригодные для службы жители этой страны. Надписи говорят нам о том же самом. Спустя 20 лет после правления Марка все люди носят имя Марк Аврелий. Это - определенно те люди, которые при нем получили гражданское право, или, их непосредственные потомки...

… Войско получило не просто провинциальный, но специфически иллирийский характер. Естественно, мы встречаем также жителей Востока и прирейнских земель, но все-таки большая масса людей своим происхождением была обязана дунайским областям, расположенным к северу от греческого полуострова; особенно много было фракийцев. Затем и в гвардии, благодаря Септимию Северу, появилось много фракийцев. Теперь иллирийское войско было сильнейшим: рейнские германцы в это время были сломлены и обессилены, поэтому война не распространилась на эти области, она закончилась в Ретии. Таким образом, можно было сократить численность войска на берегу Рейна, а иллирийское увеличить до 12 легионов. Конечно, и в этом сильнейшем войске ведущее значение приобрел дух товарищества...

Конскрипция все больше и больше приобретала местный характер. Идея Августа была противоположной: область рекрутского набора и место стоянки войска не совпадали; легионы предпочтительно отсылались в те земли, которые в племенном отношении были чужды кадровому составу первых. Беспорно, это было неудобно, и в более позднюю эпоху ситуация изменилась на противоположную. Поэтому иллирийские отряды пополнялись из рядов самих иллирийцев. Они были превосходные солдатами; их потомки, албанцы, не раз доказали в ходе истории Турции и доказывают еще сегодня, что в военном отношении их нельзя недооценивать».
Tags: Старая проверенная хронология
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments